В СССР была создана достаточно мощная индустрия интетральных микросхем с центром в подмосковном городе Зеленограде (сейчас входящем в Москву).
Однако наметившееся в период создания транзисторной техники отставание в технологии и масштабах производства, к сожалению, продолжало нарастать. Ориентированная на военные нужды и тяжелую промышленность экономика СССР не позволяла вкладывать в микро-электронику средства, сравнимые с привлекаемыми в ведущих промышленных странах мира. К тому же был затруднен и обмен техническими достижениями с другими странами. А микроэлектроника, как и освоение космоса или мирное использование атомной энергии, явно была отраслью, которая неподъемна для любого, даже самого могущественного государства. Идея о создании коммунизма в одной отдельно взятой стране не годилась для создания микроэлектронной индустрии в одном государстве!
БИС
Создание интегральных схем высокой степени интеграции оказалось невозможным без автоматизированных средств их проектирования. Запад, у которого были в большом количестве лучшие ЭВМ, имел явное превосходство перед СССР в области машинного проектирования больших интегральных схем — БИС. Мощная кооперация между микроэлектронными фирмами западных стран способствовала быстрому развитию технологического оборудования и взрывному росту числа типов производимых на Западе микросхем.
Пытаясь наверстать упущенное в условиях скромного финансирования, наши конструкторы были вынуждены пойти по пути физического копирования западных микросхем. Были созданы уникальные установки, сдирающие с микросхем субмикронные слои и анализирующие их весьма тонкое и сложное геометрическое и физическое строение. Создание таких установок было делом очень сложным, но требующим куда меньших затрат, чем разработка с «нуля» обширной серии интегральных микросхем.
В свое время успехи в этом вызвали на Западе большой переполох. Не успевала там появиться новая микросхема, как через полгода или год ее аналог появлялся и в СССР. Отчасти это оправдывалось необходимостью унификации наших и западных микросхем, но в целом вело к фактически запланированному отставанию отечественной микроэлектроники от западной.
Похоже, что руководители нашей микроэлектронной промышленности напрочь забыли свои студенческие годы. Им ведь твердили на лекциях профессора и доценты, что списывать — нехорошо! Не послушались, голубчики, будущие министры и государственные деятели, и вот теперь мы пожинаем горькие плоды этой азбучной истины. Дело дошло до министерских приказов, запрещающих, по существу, оригинальные разработки в области микроэлектроники.
Так бы и продолжали «списывать» микросхемы, если бы для этого процесса не требовалось само по себе уникальное оборудование и все более мощные и мощные ЭВМ. Именно они разбирались в лабиринтах сверхтонких (микронных) слоев кремния, которые вырезались из пластинок (чипов) зарубежных микросхем.
Наконец настал момент, когда уровень интеграции «забугорных» микросхем вырос настолько, что наша технология копирования стала давать сбои. Для копирования таких сложных микросхем нужны были сверхмощные суперЭВМ, а таковыми мы не располагали. Запад, естественно, отказывался поставлять в СССР подобные машины. Это случилось как раз на этапе возникновения и развития персональных компьютеров, что сделало наше отставание в этой области, увы, необратимым.